Брат [фанфик по Fairy Tail] - Константин Буланов

Натянув на тело неприятно мокрую и оттого липнущую к коже одежду, он убедился, что вода с него даже не капает и не торопясь, полез вверх по скале. Двумя известными Виктору проходами внутрь скалы занимавшей практически весь остров были, так сказать парадный и черный ход. Через парадный их внутрь скалы загоняли по прибытию на остров, а через черный выносили трупы не выдержавших нагрузок бедолаг. Вот к последнему и лежал его путь. Насколько он помнил, охраны там не было, а для обнаружения сигналок у него имелся подарок его учителя артефакторики. За усердие и смекалку, которыми не могли похвастать другие дети, Виктор к концу второго года обучения возвысился в звании до "недоросля" и получил возможность высказать пожелание насчет подарка. В результате сквернословящий мастер Вельд месяц корпел над подарком, а наглый лучший ученик до потери чувства и сознания работал батарейкой, сливая ману в стационарной накопитель мастерской — естественно, исключительно в целях развития объема своей силы, ведь опустошение и последующее заполнение объема маны были известны еще с древних времен как лучший способ постепенного усиления любого мага. Болезненный, длительный, но гарантированный.

И вот результат целого месяца мучений двух разумных, придумавших друг для друга интересное испытание, дернув лапками, ожил и завертел по сторонам шестью глазками. Выглядящий как настоящий паук, артефакт являлся идеальным шпионом, что удалось проверить на системе защиты женского общежития уже через неделю после его торжественного вручения Виктору. Семь дней подготовки и Виктор смог убедиться в том, что идеал все же существует. Причем, это слово можно было отнести как к принимавшим душ феечкам, так и пауку. В тот момент он особо остро почувствовал насколько скучает по своему прежнему тридцатилетнему телу и осознал, что о пауке не должны знать никто кроме владельца и производителя. Причем, путем наглого шантажа производитель был вынужден дать магическую подписку о неразглашении тайны, дабы не быть обвиненным в непристойном поведении по отношению к юным и красивым гильдейским девушкам. Впрочем, Виктор не сумел предусмотреть абсолютно всё, составляя договор о неразглашении, и примерно через пол года засек у просверленной в незапамятные времена дырочки в потолке женской душевой точную копию своего разведчика. В тот раз палить своего учителя Виктор не стал, но целый месяц сопровождал мастера Вельда настолько ехидной улыбкой, которая буквально вопила — "А я всё знаю!", что перенервничавший старый артефактор вынужден был отдариться еще одним хитрым презентом в уплату за молчание, а также пообещать более не нарушать монопольных прав Виктора на подглядывание на территории общежития.

Цепляясь за камни, паучок скрылся в неширокой темной расщелине, а оставшийся сидеть в укрытии Виктор уставился на экран. Чтобы избежать выброса маны, все данные передавались по тончайшему, не толще волоса, проводку тянущемуся за паучком. Его наличие требовало хорошо продумывать каждый шаг паука, но достижение полной скрытности требовало жертв.

Когда его несли в последний путь, Виктор не смог хорошенько рассмотреть коридоры и попадавшиеся по пути помещения, потому почти три часа ему пришлось обследовать небольшие комнатушки вырубленные в горной породе с обеих сторон коридора. Видимо, когда-то их планировалось превратить в жилые комнаты, но дело не пошло и сюда начали стаскивать всякий хлам, который был уже не нужен, но выкинуть рука не поднималась. Кучи поломанного шанцевого инструмента, вышедшие из строя рабские ошейники и браслеты, порванные балахоны стражников и много чего еще, судя по слою пыли лежащее здесь не один год.

Удостоверившись, как в отсутствии живых, так и магических сигналок, он прикрыл тельцем паука обнаруженный объектив аналога камеры слежения и быстро проскочил в последнюю из проверенных комнат. Подобное продвижение вглубь вражеской территории продолжалось более суток. В одном месте ему пришлось просидеть девять часов, ожидая пока появится возможность пройти дальше. Но на вторые сутки все потуги были вознаграждены и паучок в очередном помещении обнаружил местный аналог электростанции, от которой питались контролирующие рабов артефакты. Огромная, переполненная энергией лакрима переливалась разрядами красно-черной энергии. Он хорошо помнил, как его и десяток других одаренных каждый день досуха выдаивали для запитки маной этого сердца логова темных магов.

Предвкушающе улыбнувшись, он потихоньку убрал паучка из аналога местной электростанции. Как бы не чесались руки немедленно взорвать тут к чертям собачьим, нельзя было забывать о возможности многократного дублирования системы. Во всяком случае, как минимум один "запасной генератор" у местных непременно должен был иметься в заначке, поскольку на дебилов темные маги ни разу не походили. Да, твари. Да, уроды. Да, изверги. Но никак не дебилы. "Ни в коем случае нельзя недооценивать противника" — эту простую мысль годами вдалбливали в его голову на тренировках по рукопашному бою и игнорировать ее он ни в коем случае не собирался.

Темные оказались теми еще параноиками. У них имелось целых пять запасных кристаллов лакримы запитанных именно на контроль рабов. Для их обнаружения паучку, а следом за ним и Виктору пришлось облазить едва ли не всю гору сильно изъеденную изнутри многочисленными комнатами, проходами и лестницами. Неделю он питался сделанными для него на заказ кондитерами плитками из сухофруктов с орехами. О сублимированных продуктах и сухпайках здесь слыхом не слыхивали, поэтому пришлось обходиться дедовским методом. Невероятно вкусно, но невероятно мало, хоть и достаточно чтобы поддержать физические силы. Единственное чего он опасался — как бы его не обнаружили по урчанию живота, но столь неприятного для любого диверсанта последствия недоедания удалось избежать, растягивая трапезу на весь день, отщипывая потихоньку от очередной плитки каждые пол часа.

На четвертый день ему даже удалось заглянуть в пещеры, где содержались рабы. Среди тысяч изможденных и перемазанных грязью с ног до головы тел, он так и не смог отыскать тех, кто заботился о нем в течение всего времени проведенного в неволе. Все же темень, разрываемая лишь редкими тусклыми светильниками, делала всех "кошек серыми". Но тот факт, что никаких решеток как не было, так и не появилось, позволял надеяться, что такая толпа рабов после выведения из строя системы сдерживания сможет смять тот десяток охранников, что скучали у входа в подземелье.

В отличие от центральной "электростанции" комнаты с резервными "генераторами" не охранялись и заминировать их не составило особого труда. Разработать сколь-либо действенную магическую взрывчатку ему так и не удалось, потому приходилось рассчитывать на старые добрые термобарические бомбы. Лакрима, была твердым, но хрупким материалом и прекрасно крошилась при достаточно сильном воздействии. Это, кстати, было одной из причин небольшого числа артефакторов — мало кто готов был часами корпеть над аккуратным вытачиванием в кристалле многочисленных строк команд условий его активации и работы. Большинство магов под воздействием своей силы не только менялись внешне, но и имели характер сродный со своей стихией. Поэтому ни один огневик никогда не смог бы стать артефактором — слишком вспыльчивый и неусидчивый. Он бы разнес всю мастерскую уже после третьего случайно разрушенного кристалла. Вот и над способом вывода из строя этих энергетических лакрим не стоило особо ломать голову. Достаточно было добиться появления трещины по месту начертания текста, чтобы огромный кристалл перестал выполнять свои функции, а то и рванул от переизбытка более ничем не сдерживаемой энергии. Причем, простое перечеркивание текста или даже его вытравливание кислотой, в этом деле не помогало. Можно было бы изменить параметры применения энергии, переписав текст на лакриме, но для успешного применения подобного способа следовало быть мастером-артефактором с огромным опытом и при этом полным отморозком, поскольку ошибка вполне могла привести к немедленной детонации кристалла-накопителя. При тех размерах кристаллов, что имелись в генераторных, от ученика-недоучки не осталось бы даже атома в случае аннигиляции лакримы.

Выудив из пространственного кармана один из четырех баллонов с горючей секрецией огненных хамелеонов — лучшее что ему удалось достать при совместных охотах на магических тварей с Альзаком и Биской, он тяжело вздохнул, пытаясь в очередной раз выкинуть из головы цену подобного материала и установив таймер, поспешил покинуть помещение. Впереди его ждали еще два генератора и её величество — главная лакрима. На остальные резервные источники питания взрывчатки попросту не было. Он и так максимально растянул свой пространственный карман, так что от магического перенапряжения болело все тело. Вся надежда была на то, что два резервных генератора не смогут полностью заменить сердце местной охранной системы, да и попытка обстрелять один из них сперва огненными, а после ледяными пулями могла привести к растрескиванию кристалла из-за резкого перепада температур.